– Ой, как здорово! Никогда не видела конец реки! – обрадовалась лодка и прибавила ходу, – Скорее бы посмотреть на него!
– Но мы, же разобьёмся! – вскрикнула Элис, но было уже поздно.
Лодка с девочкой сорвались с конца реки и полетели прямо вниз. Но страха не было, как впрочем, не было и дна у этого неожиданного речного завершения.
– Ух, ты! – вскрикнула от радости лодка, – Как весело!
Дно лодки вновь коснулось глади какао с молоком и заскользило дальше, как ни в чём и не бывало, оставив конец реки позади себя. Элис даже не успела испугаться. Она огляделась по сторонам и поняла, что они как и прежде плывут по реке. С обеих сторон были всё те же берега, вот только теперь они были больше похожи на вафельный торт в разрезе обильно политый сверху молочным шоколадом. Ручьи из белого шоколада стекали в некоторых местах с вафельных берегов и вливались в какао. Они смешивались в этих местах причудливыми узорами, и затем устремлялись дальше по реке, следуя за течением, и пропадали вовсе.
– Где это мы теперь? – робко спросила Элис, с интересом рассматривая необычные берега.
– Мы там, где и должны быть! – ответила лодка уверенным и радостным голосом.
Она веселилась словно ребёнок, плавно покачиваясь с боку на бок, и каждый раз норовила проплыть поближе к впадающим в реку ручьям белого шоколада. Светлые завитки на тёмном фоне реки меняли своё направления движения, складываясь в новые узоры.
– А откуда ты знаешь, что мы должны быть именно здесь? – спросила Элис.
– Это же очень просто! – ответила лодка и засмеялась, – Когда ты счастлив, то ты и есть там, где и должен быть. Но если тебе плохо, то значит, ты где-то свернул не туда и начал удаляться от своего счастья.
– Всё так просто! И больше ничего не нужно? – удивилась Элис.
От захватывающей дух прогулки румянец на её щеках стал ещё более заметным, а кудряшки золотых волос начали развеваться от встречного летнего ветра.
– Конечно, не нужно! Какой смысл усложнять себе жизнь, если ты счастлив?
– Вот так всегда! – сказала Элис и глубоко вздохнула, – Ищешь, ищешь всю жизнь ответы на вопросы, а они раз и оказываются совсем простыми.
– Не расстраивайся по этому поводу. Они лишь кажутся простыми, но на самом деле это не так, – сказала лодка и направилась к берегу.
Уткнувшись в него носом, она остановилась. И только сейчас Элис решила внимательно рассмотреть своё внезапное и не забываемое средство передвижения, что бы хорошенько запомнить и при новой встрече не спутать с какой-нибудь другой лодочкой.
Борта и сидения и даже острый и приподнятый немного кверху нос лодки, были сделаны из самой обычной карамели разных цветов. И стоит особо отметить, что каждая досочка, и каждый гвоздик были выполнены с максимальной достоверностью и старанием.
– А может быть так, что одно счастье уже закончилось, а другое ещё не началось? – спросила Элис у лодки, догадываясь, что их прогулка закончилась.
– Я не знаю, – задумчиво произнесла лодка, – Моё счастье ещё никогда не заканчивалось.
– Наверное, это очень большое счастье и его надолго хватает, – произнесла Элис и сошла на берег.
– Наверное, так и есть. Но этого я тоже точно не знаю. Но когда мы с тобой встретимся снова, я обязательно тебе об этом расскажу, – пообещала лодка и поплыла дальше по реке.
– Надо обязательно с ней встретиться снова, – произнесла Элис, встревожено вслух, – Ведь я очень хочу узнать про счастье, как можно больше.
Глава 2 «Все, что тебе кажется и есть правда»
Элис пошла по тропинке, которая вела её туда куда нужно. Не то что бы девочке очень сильно туда хотелось, просто она знала, что так должно быть. Всё вокруг становилось странным, чрезмерно пёстрым и непонятно шумным. Большие цветные деревья, увешанные всевозможными конфетами и светящимися огоньками, могли быстро появиться из ничего и также неожиданно исчезнуть вновь. Стоило только Элис отвернуться и посмотреть в другую сторону, как тут же всё менялось.
Вот опять! Только что здесь были не высокие кусты с пироженками на верхушках, но стоило только Элис отвернуться на одно мгновение, как их уже и след простыл. Посмотрев назад, девочка с удивлением обнаружила, что следы её босых ножек, отпечатавшиеся в шоколадной тропинке, тут же разбегаются в стороны и прячутся за кустами.
– Куда! Ну-ка на место! – скомандовала Элис своим следам.
Следы были сильно напуганы, постоянно озирались по сторонам и с большой неохотой возвращались на свои места, расталкивая друг друга.
– Это что такое! – сказала громко Элис своим следам, – Вы должны быть там, где я вас и оставила, а ни где попало!
Прямо над головой у Элис пролетела большая птица. Она была очень худая и с маленькими крыльями, и поэтому ей приходилось очень часто ими махать, что бы ни упасть на землю и не растянутся на ней во всю свою длину.
– Давай, Элис, поторапливайся! Ты опять опоздаешь! – прощебетала птица и улетела.
Элис невольно заулыбалась, глядя вслед смешной птице, а про себя подумала: «Как можно опять опоздать туда, где ни разу ещё не была?»
Вдруг прямо у себя за спиной Элис услышала хруст и чавканье. Она повернулась и увидела круглое мохнатое существо с большими глазами. Существо перестало жевать и, улыбаясь, смотрело на девочку. Ростом оно было примерно полметра, с маленькими ручками и ножками. А густая, длинная шерсть, покрывающая всё тело, была совершенно белой. В своих маленьких ручках существо держало недоеденный шоколадный след девочки.
– Ты кто? – громко спросила Элис у мохнатого существа, недоумевая от подобного поворота событий.
– Я время! – ответило существо и продолжило торопливо грызть недоеденный след.
– Как-то я по-другому тебя себе представляла, – задумчиво произнесла Элис и спросила, – А зачем ты ешь мои следы?
– Все следы должны рано или поздно исчезнуть, – сообщило время, поглядывая на тропинку в ожидании, что девочка снова сделает шаг.
– А почему так рано? – непонимающе спросила Элис.
– Потому что твои следы последние и другие я уже съело, – время сделало вид, что смотрит на то, что за спиной у девочки.
Элис повернулась тоже посмотреть и сделала шаг. Время тут же схватило новый след и с жадностью стало его поглощать, хрустя острыми зубками.
– Странные вы все тут какие-то! – сказала Элис и вприпрыжку поскакала дальше по тропинке.
Деревья разом расступились, а потом и вовсе исчезли, и девочка увидела большой белый пароход, который стоял у причала. Из его высокой трубы валил густой дым и роскошными большими кольцами не спеша поднимался к небу. Два больших гребных колеса по бортам парохода уже начинали крутиться, стараясь оттолкнуться от причала и скорее отправиться в долгожданное плавание. И лишь прочный канат всё ещё удерживал судно у причала, но два бравых матроса уже спешили к деревянному трапу, что бы убрать его в сторону, а затем и отвязать удерживающий пароход канат.
Все пассажиры давно уже были на борту парохода. Все кроме пассажирки Элис, которая как всегда опаздывала. Она и сама порой не понимала, почему так происходит. Вроде она всегда всё делает правильно и даже вовремя, но непременно и каждый раз вновь и вновь умудряется опоздать. Это просто какое-то наваждение, которому нет ни конца, ни края.
– Подождите меня! Пожалуйста! – крикнула Элис очень громко и, что было сил, бросилась бежать к пароходу без оглядки.
Матросы остановились и, посмотрев на бегущую к ним девочку, замерли в ожидании. Элис бежала быстро, и почему то точно знала, что она никак не должна опоздать на этот пароход.
Оставалось не более сотни шагов до спущенного с корабля трапа, но тут Элис увидела, как её уверенно обгоняет время. Оно прыгало большими прыжками как заяц и, поглядывая на бегущую девочку, улыбалось во всю свою большую до ушей улыбку.
Скорее всего, что Элис вновь бы опоздала, и ей опять пришлось бы выслушивать разного рода упрёки по этому поводу. Но видимо сегодня, случиться этому, было не суждено.
Тот самый мальчик, которому Элис так ещё и не придумала имени, догнал время и ловко, словно ковбой с дикого запада, оседлал его словно лошадку. Время, конечно же, не остановилось совсем, но всё же сильно замедлило свой неудержимый бег.
Элис быстро пробежала по трапу и оказалась на борту парохода. Она тут же остановилась и повернулась, что бы посмотреть на мальчика. Увидев его, всё ещё верхом на запыхавшемся времени, она радостно замахала своему спасителю руками. Ей очень хотелось сказать ему самые добрые слова и поблагодарить за столь самоотверженный поступок. Но матросы уже убрали трап и отвязали от пристани канат, который всё это время удерживал пароход на месте. Раздался гудок, и большие колёса парохода ещё громче зашлёпали лопастями по воде, отправляя кораблик в дальнее плавание. Так что все сказанные Элис слова просто утонули в этих звуках.
